…Я знаю, насколько цветы чувствительны. Я хорошо помню, как однажды, во времена пылкой влюбленности… в Саню? в Виталика? не важно… так вот, мы шли с дачи, и я, нарвав ромашек, воображала, что это — цветы от Него. Помню, как мама уговаривала меня бросить «этот веник», который «назавтра завянет». Но я… я любила эти цветы, как, может быть, никогда не любила ни одного букета до тех пор. И они стояли у меня на пианино… не знаю, сколько, но очень долго для простых полевых ромашек.
В день своего 20-летия я получила два букета по три розы, почти одинаковых. Цветы смешались, но… три пришлось выбросить уже сегодня. А оставшиеся… может, мне мерещится, но они светятся каким-то таинственным алым сиянием…
Кто знает, чей это букет… И еще — ах, боже мой, ну какая ирония судьбы — 13-го был ровно год с официальной даты развода Б-вых. Всего-то год. И он случайно наткнулся на эту дату, которой, в общем-то, и не помнил, накануне.
…Бог нашей драмой коротает вечность…(*)
Я не знаю, о чем они болтали с Наташей П-вой на перекурах. Не скучали, видимо, но… Ах, да разве верят теперь в любовь с первого взгляда — если только я… Это не те люди, которые падают в объятия первому встречному и изливают душу. А там — кто знает…
Мне страшно за Юрика, если честно. Списал себя человек, на свалку истории отправил. И — кто его оттуда вытащит? Если не я — то кто же?
Но — не дорого ли мне это обойдется?
Глупости, конечно. Но очень жаль, что он работает теперь, как и все нормальные люди. А на выходных — спасибо, один раз побыла у него в гостях. Век бы его мамашу не видать. Вот уж не повезло человеку… У нас же — где тут с Юрашкой поговоришь спокойно… А поговорить надо. Мне-то надо, а ему — в тысячу раз более. Ибо — в кем еще? Точнее, кто его на подобные разговоры раскрутит? Никто, видимо. А у меня слишком короткий поводок.
____________
(*) Омар Хайям